Медиагруппа «Патриот»
Подписаться
на push-уведомления?
Да
Мы в соц.сетях:
Милонов объяснил необходимость чиновников в полетах бизнес-классом

Милонов объяснил необходимость чиновников в полетах бизнес-классом

Главный конкурент: как российский истребитель Су-57 «подвинул» самолеты США

Главный конкурент: как российский истребитель Су-57 «подвинул» самолеты США

Россиянам объяснили условия получения детских выплат до 11 тысяч в августе

Россиянам объяснили условия получения детских выплат до 11 тысяч в августе

Озвучен способ увеличить пенсии в России до европейского уровня

Озвучен способ увеличить пенсии в России до европейского уровня

Посол РФ уверен, что для остановки кровопролития в Ливии Турция должна уйти

Посол РФ уверен, что для остановки кровопролития в Ливии Турция должна уйти

Захарова назвала задержание россиян в Белоруссии провокацией третьей страны

Захарова назвала задержание россиян в Белоруссии провокацией третьей страны

12:14   20 Ноября 2015
Весь мир

Гати: Для Евросоюза настают тяжелые времена

Гати: Для Евросоюза настают тяжелые времена

Экс-советник Билла Клинтона о том, как изменится мир после парижских терактов.

Война с Исламским государством - это в первую очередь война идей, уверена экс-советник президента США Тоби Гати. В интервью корреспонденту Федерального агентства политических новостей она рассказала, что воевать с ИГ (запрещено в РФ) только на поле боя глупо, и подчеркнула, что союз России и Запада против "Исламского государства" не повлияет на взаимоотношения наших стран, испортившиеся из-за событий на Украине. - Тоби, как изменится мир после парижских терактов? - Теракт в Париже не первый и не последний. Сказать «мир изменился после Парижа» будет истинной правдой, но это всего лишь новый этап. Мы поняли, что такое "Исламское государство", что они будут делать, какие у них возможности. Черта ЕС, черта демократии - открытость. Если границы не исчезли, то они практически не работают. Всегда после таких событий есть реакция «закрыть границы». Надо делать все, чтобы защищать своих. Но в самом деле мы не можем защищать своих, потому что терроризм - это не только внешний,но и внутренний враг. Я читала, что российский заместитель руководителя ФСБ сказал: в ИГ из 30 тысяч иностранцев семь тысяч - жители России и постсоветских государств. Можно закрыть границы, но вы должны понимать, эти семь тысяч формально уже внутри вашей страны. И значит, терроризм - проблема людей, которые не видят будущего у себя. Нам необходимо наладить больше контактов с разумными людьми в исламском сообществе, не закрывать границы страны, а закрыть поле для неразумных людей, снизить привлекательность их идей. Если мы думаем, что здесь исключительно военная проблема, то это неправильно. Можно выиграть в бою на поле, но мы проиграем в голове. Это война идей. С одной стороны, это труднее, с другой - легче, потому что я уверена, что наши западные идеи больше подходят для хорошей жизни человека. - То есть вы считаете, что после этой атаки Евросоюз устоит и не будет закрываться от внешнего мира? - Вы знаете, сейчас для Евросоюза наступят тяжелые времена, и в ближайшее время желание закрыть границы, конечно, будет, и будет очень сильным. И это нормально. Через две недели в Париже будет конференция по изменению климата, которая соберет 40 тысяч делегатов. Я думаю, закрыть границы до такого события - нормально. Если границы будут закрыты после - это будет не только плохо для Евросоюза, но и для всех. Европейцы уже не хотят жить только во Франции или Испании, а значит, 99%, которые хотят жить нормально, станут жертвами 1%, которые не хотят этого. Мы будем жить по их правилам или они должны жить по нашим? Это вопрос будущего. - В связи с терактом в США будут закрывать границы? - Во время предвыборной кампании в США идет большой спор, что делать с границами, но это больше вопрос о мексиканцах и Латинской Америке. У нас очень мало выходцев из Сирии. К тому же, нужно помнить, что Америка - это страна иммиграции. И в каждом поколении спор: что же делать с плохими людьми, которые приезжают в Америку. Но через несколько поколений выясняется, что эти люди стали солидными и хорошими американцами. Так было с ирландцами, итальянцами, евреями. У каждого человека есть стремление жить нормально, поэтому я очень надеюсь, что мы не будем закрывать границы. Но я прекрасно понимаю, что когда народ испуган, он готов на крайние меры. Я помню, как после теракта 11 сентября 2001 года президент Буш сказал, что мусульмане в Америке - это наши соседи, которые так же, как и мы, не хотят, чтобы радикальный ислам победил. И я думаю, что ответственность каждого лидера - повторять такие суждения регулярно, чтобы народ не смотрел на человека с Ближнего Востока, как на врага. На самом деле они мало чем отличаются от нас, за исключением радикального меньшинства, с которым нужно бороться, и бороться очень жестоко. - Вы сказали «когда народ испуган». Вы считаете, американцев напугали теракты в Париже? Это все-таки другой континент. - Я думаю, это сродни ситуации, когда у соседа пожар. Ваш дом не сгорел, но чувство сопричастности к трагедии остается. Мы знаем, как страдают французы от произошедшего, и понимаем, что на их месте могла быть любая другая страна. Если это борьба между культурой и цивилизацией, с одной стороны, и всем, что им противостоит, с другой, то Франция - это символ нашей культуры и цивилизации. - Накануне, ИГ пригрозило что "утопит Россию в океане крови". Как вы думаете, насколько серьезна эта угроза ? - Ой (тяжело вздыхает). Что можно сказать... я думаю, что когда Россия посылала свои войска в Сирию, стоило ожидать такую реакцию. Ваш лидер должен был быть готов к подобному. И, к сожалению, самолет, взорванный ИГ, может стать не единственной жертвой. - Теракты помогут в сближении Запада и России? Что для Запада важнее: борьба с терроризмом или юго-восток Украины? - Терроризм - это общая угроза. Когда была Вторая Мировая война - это тоже была общая угроза, но два года спустя началась холодная война. Каждая страна должна стремиться к своему личному благу, это то, что называется realpolitik («реальная политика»). Но при этом нужно не забывать, что есть разница между стремлением к личному благу и борьбой с общественной угрозой. Мы должны думать на языке дипломатии, а не на языке любви. Все слова типа «нас обманули», «предали» — это язык любви. В политике наша задача - найти общие интересы, но это не значит, что можно забывать о причине наших плохих отношений. Подумайте, если бы не было Украины, не было Крыма, разве возник бы вопрос «как нам работать с Россией»? Уверена, мы бы уже работали вместе. Это то, что называется «упущенная возможность». Но человек должен быть оптимистом, иначе мы просто будем все время плакать, и я надеюсь на улучшение отношений между нашими странами... - .. но сейчас важнее общий враг? - Важнее, потому что это сегодняшние новости. Если мы можем работать вместе, это очень хорошо, я очень надеюсь, что это возможно. Но невозможно просто забыть о всех препятствиях.

Досье

Тоби Гати - специалист по России. С 1993 по 1997 годы она занимала пост советника по делам России президента США Билла Клинтона и старшего директора по России, Украине и Евразии в Совете национальной безопасности. Занималась подготовкой первого пакета помощи Москве со стороны администрации Клинтона и созданием комиссии Соединенные Штаты - Российская Федерация по экономическому сотрудничеству. Сейчас работает старшим советником по международным делам юридической фирмы Akin Gump. Имеет степень бакалавра Пенсильванского Государственного Университета. Получила степень магистра русского языка и литературы, а также магистра международных отношений в Колумбийском университете. Андрей Велесюк

Читайте ИА «Политика сегодня» в Яндекс.новостях

Загрузка...